«Олерон» проваливает вывоз мусора в Жипхегене

Поселок при станции Жипхеген в Хилокском округе внешне выглядит чистым и ухоженным, однако за этим фасадом скрываются серьёзные проблемы с обращением с отходами. На протяжении шести лет часть домовладений не получает услугу вывоза мусора, хотя платить за неё обязана. Люди вынуждены самостоятельно решать вопрос: сжигать отходы или вывозить на местную свалку, которая фактически не отвечает требованиям.

По дороге в Жипхеген вдоль трассы встречается пять-шесть стихийных свалок разного размера. Они образовались там, куда кто-то начал свозить мусор и так и не прекратил. Местная свалка, которую власти называют санкционированной, расположена на участке площадью около 6,9 тысячи квадратных метров. Туда свозят не только бытовые отходы – пластик, доски, остатки мебели, но и шкуры животных, обгоревший брус, фрагменты шифера. Объект не внесён в реестр, не огорожен, не имеет шлагбаума и учёта. Глава поселения Виктория Миронова пояснила, что «Олерон» работает только с благоустроенным жильём, где есть контейнерные площадки, а частный сектор обслуживается через помешковый сбор, который охватывает не все домохозяйства.

Во время осмотра свалки к ней подъехали две машины без номеров, выгрузили мусор и уехали. Как отметила Миронова, свалка периодически горит, и огонь угрожает близлежащим территориям. Ранее властям удалось добиться от дорожных служб завоза грунта для частичной засыпки отходов, но проблема не исчезла. Если закрыть свалку, мусор, вероятно, разойдётся по лесам.

Самый острый пример – дом на улице Мира, 1а. Там живёт мать участника СВО. Её дом зажат между железнодорожными путями, и мусоровоз «Олерона» туда не заезжает. При этом счета за вывоз приходят исправно. За шесть лет у неё накопился долг около 24 тысяч рублей – карту арестовали, все деньги списали на погашение. «Мой сын пятый год находится на СВО, и каждый раз мне приходится предоставлять справку, что он там. Но „Олерон” продолжает считать тариф за троих. В прошлом году нам написали, чтобы я выносила мусор к соседнему дому. Мне придётся с этим мусором обходить железную дорогу через вокзал. „Олерон” не решает нашу проблему, они просто сказали носить мусор к соседям», – рассказала женщина. Она сжигает всё, что горит, а остальное вывозит сама.

Целая улица, где живут 46 семей, также не обслуживается: по ней не проезжает мусоровоз из-за постоянно закрытого железнодорожного переезда и низкого моста. Контейнеров нет. Одна из жительниц, Галина Егорова, пояснила, что семья сжигает горючие отходы в печи, а остальное вывозит на свалку. «У „Олерона” тариф – 130 рублей с человека, у меня в доме прописано четверо, но я столько мусора не произвожу, чтобы платить такие суммы. Честно, мне бы даже не хотелось, чтобы „Олерон” к нам приезжал, нам удобнее самим вывозить мусор, так как своя машина», – сказала она.

Проблемы затронули и социальные учреждения. Директор местной школы Оксана Кузнецова сообщила, что с января по март мусор из школы не вывозили. Официально причины объясняли плохой дорогой, невозможностью проезда, закрытыми воротами. Школе пришлось нанимать машину за свой счёт. «Три месяца „Олерон” не вывозил мусор, он копился и разносился животными. Подавала заявление на перерасчёт, но хотелось бы прежде всего, чтобы услуга оказывалась качественно. Машины приезжают не по графику: если вывоз выпадает на выходные, могут не приехать вовсе или перенести на другие дни», – отметила Кузнецова.

После рейда состоялся сход жителей, на котором присутствовали глава Хилокского округа, глава поселения, министр природных ресурсов и экологии Забайкалья Павел Волжин, помощник природоохранного прокурора и прокурор округа. Главной темой стали отходы. Жители спрашивали, почему регоператор не убирает мусор возле контейнеров, кто отвечает за общую свалку и почему платить обязаны все, хотя услугу получают не все.

Волжин заявил: «Посёлок достаточно чистый, несмотря на то, что ещё не проводился субботник. Есть одна несанкционированная свалка. Сегодня принято решение найти способ, выделить средства и узаконить этот участок, чтобы жители могли вывозить туда мусор, не относящийся к ТКО. Все замечания к регоператору будут взяты на контроль как с уровня министерства, так и с уровня прокуратуры района».

Ситуация в Жипхегене – не единичный случай. «Олерон» зашёл в посёлок в 2020 году, но за шесть лет так и не выстроил единой системы. В одних местах отходы вывозят, в других – нет, и люди привыкли решать проблему самостоятельно: сжигать, вывозить, приспосабливаться. Это становится не просто проблемой, а образом жизни. И такие же истории повторяются во многих других точках Забайкалья.